Danh sach bch dang bo tphcm


danh sach bch dang bo tphcm

Trương Tấn Sang (bí danh: Tư Sang, sinh ngày 21 tháng 1 năm ) là Chủ tịch X, XI, XIII), Ủy viên Bộ Chính trị Ban Chấp hành Trung ương Đảng Cộng sản. DANH SÁCH BCH HỘI VLXDVN · Danh ba ERP_T1 · Danh Ba Cty Vinacomin · Dang Ba Dt Truong · Database giáo viên FTU ng Mnh Hng Bo v ĐÁNH GIÁ THIẾT BỊ Y TẾ Ở NHỮNG NƯỚC ĐANG PHÁT TRIỂN VÀ HỢP TÁC QUỐC TẾ TRONG phẩm và dược phẩm của Hoa Kỳ, thuộc Bộ Y tế và Dịch vụ Nhân sinh Hoa Kỳ.

Danh sach bch dang bo tphcm

Стало быть, были ликвидированы два базиса с их надстройками и появился новейший, социалистический базис с его новейшей надстройкой. Но ежели взять, к примеру, российский язык, то он за этот большой просвет времени не претерпел какой-нибудь ломки и современный российский язык по собственной структуре не много чем различается от языка Пушкина.

Что поменялось за это время в российском языке? Серьезно пополнился за это время словарный состав российского языка; выпало из словарного состава огромное количество устаревших слов, поменялось смысловое значение значимого количества слов, улучшился грамматический строй языкасто касается структуры пушкинского языка с его грамматическим строем и главным словарным фондом, то она сохранилась во всем существенном как база современного российского языка. И это полностью понятно.

В самом деле, для чего же это необходимо, чтоб опосля каждого переворота существующая структура языка, его грамматический строй и основной словарный фонд уничтожались и заменялись новенькими, как это бывает традиционно с надстройкой? Кому необходимо, чтоб конфигурации слов в языке и сочетание слов в предложении происходили не по имеющейся грамматике, а по совсем другой? Какая полезность для революции от такового переворота в языке? История вообщем не делает чего-либо существенного без особенной на то необходимости.

Спрашивается, какая необходимость в таком языковом перевороте, ежели подтверждено, что имеющийся язык с его структурой в основном полностью подходящ для ублажения нужд новейшего строя? Убить старенькую надстройку и заменить ее новейшей можно и необходимо в течение пары лет, чтоб отдать простор развитию производительных сил общества, но как убить имеющийся язык и выстроить заместо него новейший язык в течение пары лет, не внося анархию в общественную жизнь, не создавая опасности распада общества?

Кто же, не считая донкихотов, могут ставить для себя такую задачу? В конце концов, еще одно коренное отличие меж надстройкой и языком. Надстройка не связана конкретно с созданием, с производственной деятельностью человека. Она связана с созданием только косвенно, через посредство экономики, через посредство базиса. Потому надстройка отражает конфигурации в уровне развития производительных сил не сходу и не прямо, а опосля конфигураций в базисе, через преломление конфигураций в производстве в конфигурациях в базисе.

Это означает, что сфера деяния надстройки узка и ограничена. Язык же, напротив, связан с производственном деятельностью человека конкретно, и не лишь с производственной деятельностью, но и со всякой другой деятельностью человека во всех сферах его работы — от производства до базиса, от базиса до надстройки. Потому язык отражает конфигурации в производстве сходу и конкретно, не дожидаясь конфигураций в базисе. Потому сфера деяния языка, обхватывающего все области деятельности человека, еще шире и разностороннее, чем сфера деяния надстройки.

Наиболее того, она практически безгранична. Сиим до этого всего и разъясняется, что язык, фактически его словарный состав, находятся в состоянии практически непрерывного конфигурации. Непрерывный рост индустрии и сельского хозяйства, торговли и транспорта, техники и науки просит от языка пополнения его словаря новенькими словами и выражениями, необходимыми для их работы.

И язык, конкретно отражая эти нужды, пополняет собственный словарь новенькими словами, улучшает собственный грамматический строй. Правильно ли, что язык был постоянно и остается классовым, что общего и одного для общества неклассового, общенародного языка не существует?

Несложно осознать, что в обществе, где нет классов, не может быть и речи о классовом языке. Первобытно-общинный родовой строй не знал классов, следовательно, не могло быть там и классового языка, — язык был там общий, единый для всего коллектива.

Возражение о том, что под классом нужно осознавать всякий человечий коллектив, в том числе и первобытно-общинный коллектив, представляет не возражение, а игру слов, которая не заслуживает опровержения. Что касается предстоящего развития от языков родовых к языкам племенным, от языков племенных к языкам народностей и от языков народностей к языкам государственным, то везде на всех шагах развития язык как средство общения людей в обществе был общим и единым для общества, равно обслуживающим членов общества независимо от общественного положения.

Я имею тут в виду не империи рабского и средневекового периодов, скажем, империю Кира и Александра Великого либо империю Цезаря и Карла Великого, которые не имели собственной экономической базы и представляли временные и непрочные военно-административные объединения. Эти империи не лишь не имели, но и не могли иметь одного для империи и понятного для всех членов империи языка. Они представляли конгломерат племен и народностей, живших собственной жизнью и имевших свои языки.

Следовательно, я имею в виду не эти и подобные им империи, а те племена и народности, которые входили в состав империи, имели свою экономическую базу и имели свои давно сложившиеся языки. История говорит, что языки у этих племен и народностей были не классовые, а общенародные, общие для племен и народностей и понятные для их. Естественно, были наряду с сиим диалекты, местные говоры, но над ними превалировал и их подчинял для себя единый и общий язык племени либо народности. В предстоящем, с возникновением капитализма, с ликвидацией феодальной раздробленности и образованием государственного рынка народности развились в цивилизации, а языки народностей — в национальные языки.

История говорит, что национальные языки являются не классовыми, а общенародными языками, общими для членов наций и едиными для цивилизации. Выше говорилось, что язык как средство общения людей в обществе идиентично обслуживает все классы общества и проявляет в этом отношении собственного рода безразличие, к классам.

Но люди, отдельные социальные группы, классы далековато не безразличны к языку, Они стараются применять язык в собственных интересах, навязать ему собственный особенный лексикон, свои особенные определения, свои особенные выражения. В особенности различаются в этом отношении верхушечные слои имущих классов, оторвавшиеся от народа и ненавидящие его: дворянская аристократия, верхние слои буржуазии. На этом основании, как это ни удивительно, некие наши товарищи пришли к выводу, что государственный язык есть фикция, что реально есть только классовые языки.

Я думаю, что нет ничего ошибочнее такового вывода. Можно ли считать эти диалекты и жаргоны языками? Непременно нельзя. Нельзя, во-1-х, поэтому, что у этих диалектов и жаргонов нет собственного грамматического строя и основного словарного фонда, — они заимствуют их из государственного языка Нельзя, во-2-х, поэтому, что диалекты и жаргоны имеют неширокую сферу обращения посреди членов верхушки того либо другого класса и совсем не годятся как средство общения людей для общества в целом.

Что же у их имеется? Все же основное, то есть подавляющее большая часть слов и грамматический строй, взято из общенародного, государственного языка. Следовательно, диалекты и жаргоны представляю? Мыслить, что диалекты и жаргоны могут развиться в самостоятельные языки, способные вытеснить и заменить государственный язык, означает утратить историческую перспективу и сойти с позиции марксизма.

Следовательно, Маркс признавал необходимость одного государственного языка как высшей формы, которой подчинены диалекты как низшие формы. Считал ли его Маркс таковым же языком, как государственный язык, со собственной особенной языковой структурой? Мог ли он считать его таковым языком? Естественно, нет! Маркс просто желал огласить, что буржуа загадили единый государственный язык своим торгашеским лексиконом, что буржуа, стало быть, имеют собственный торгашеский жаргон.

Выходит, что эти товарищи исказили позицию Маркса. А исказили ее поэтому, что цитировали Маркса не как марксисты, а как начетчики, не вникая в существо дела. На основании данной для нас питать? Правда, Энгельс говорит тут не о языке, а о диалекте, полностью понимая, что диалект как ответвление от государственного языка не может заменить государственного языка.

Но эти товарищи, видимо, не чрезвычайно сочувствуют наличию различия меж языком и диалектом…. Совсем верно, что идеи, представления, характеры, нравственные принципы, религия, политика у буржуа и пролетариев прямо противоположны. Марксизм говорит, что общность языка является одним из важных признаков цивилизации, отлично зная при этом, что снутри цивилизации имеются классовые противоречия.

Признают ли упомянутые товарищи этот марксистский тезис? Это ошибочно. Но это не довод, а смешной рассказ некий. Во-1-х, на французском языке говорили тогда не все феодалы, а незначимая верхушка британских феодалов при царском дворе и в графствах. В-3-х, как понятно, это баловство французским языком исчезло позже бесследно, уступив место общенародному британскому языку.

Российские аристократы одно время тоже баловались французским языком при королевском дворе и в салонах. Они кичились тем, что, говоря по-русски, заикаются по-французски, что они могут говорить по-русски только с французским упором. 1-ая ошибка состоит в том, что они смешивают язык с надстройкой. Они задумываются, что ежели надстройка имеет классовый нрав, то и язык должен быть не общенародным, а классовым. Но я уже говорил выше, что язык и надстройка представляют два разных понятия, что марксист не может допускать их смешения.

2-ая ошибка состоит в том, что эти товарищи воспринимают противоположность интересов буржуазии и пролетариата, их ожесточенную классовую борьбу как распад общества, как разрыв всяких связей меж враждебными классами. Они считают, что так как общество распалось и нет больше одного общества, а есть лишь классы, то не необходимо и одного для общества языка, не необходимо государственного языка.

Что же остается, ежели общество распалось и нет больше общенародного, государственного языка? Правда, таковых грамматик не существует в природе, но это не смущает этих товарищей: они верят, что такие грамматики покажутся. Понятно, что таковой примитивно-анархический взор на общество, классы, язык не имеет ничего общего с марксизмом. Но он непременно существует и продолжает жить в головах неких наших запутавшихся товарищей. Естественно, ошибочно, что ввиду наличия жестокой классовой борьбы общество типо распалось на классы, не связанные больше друг с другом экономически в одном обществе.

Пока существует капитализм, буржуа и пролетарии будут соединены меж собой всеми нитями экономики как части одного капиталистического общества. Прекращение всяких экономических связей меж ними значит прекращение всякого производства, прекращение же всякого производства ведет к смерти общества, к смерти самих классов. Понятно, что ни один класс не захотит подвергнуть себя уничтожению. Потому классовая борьба, какая бы она ни была острая, не может привести к распаду общества.

Ссылаются, дальше, на Ленина и напоминают о том, что Ленин признавал наличие 2-ух культур при капитализме — буржуазной и пролетарской, что лозунг государственной культуры при капитализме есть националистический лозунг. Все это правильно, и Ленин тут полностью прав. Ошибка этих товарищей состоит тут в том, что они отождествляют и смешивают язык с культурой. Меж тем культура и язык — две различные вещи.

Культура может быть и буржуазной и социалистической, язык же как средство общения является постоянно общенародным языком, и он может обслуживать и буржуазную и социалистическую культуру. Разве это не факт, что российский, украинский, узбекский языки обслуживают сейчас социалистическую культуру этих наций так же хорошо, как обслуживали они перед Октябрьским переворотом их буржуазные культуры?

Означает глубоко ошибаются эти товарищи, утверждая, что наличие 2-ух различных культур ведет к образованию 2-ух различных языков и к отрицанию необходимости одного языка. Говоря о 2-ух культурах, Ленин исходил из того конкретно положения, что наличие 2-ух культур не может вести к отрицанию одного языка и образованию 2-ух языков, что язык должен быть единый.

Удивительно, что некие наши товарищи поплелись по стопам бундовцев. Что касается одного языка, необходимость которого как будто бы отрицает Ленин, то следовало бы заслушать последующие слова Ленина:. Ссылаются, в конце концов, на Сталина. Это все верно. Буржуазия и ее националистическая партия вправду правят буржуазной культурой, так же как пролетариат и его интернационалистическая партия правят пролетарской культурой.

Разве сиим товарищам не понятно, что государственный язык есть форма государственной культуры, что государственный язык может обслуживать и буржуазную и социалистическую культуру? Неуж-то наши товарищи не знакомы с известной формулой марксистов о том, что сегоднящая российская, украинская, белорусская и остальные культуры являются социалистическими по содержанию и государственными по форме, то есть по языку? Согласны ли они с данной для нас марксистской формулой?

Ошибка наших товарищей состоит тут в том, что они не лицезреют различия меж культурой и языком и не соображают, что культура по собственному содержанию изменяется с каждым новеньким периодом развития общества, тогда как язык остается в основном тем же языком в течение пары периодов, идиентично обслуживая как новейшую культуру, так и старенькую.

Язык относится к числу публичных явлений, работающих за все время существования общества. Он рождается и развивается с рождением и развитием общества. Он погибает вкупе со гибелью общества. Вне общества нет языка. Потому язык и законы его развития можно осознать только в том случае, ежели он изучается в неразрывной связи с историей общества, с историей народа, которому принадлежит изучаемый язык и который является творцом и носителем этого языка.

Язык есть средство, орудие, при помощи которого люди разговаривают друг с другом, обмениваются мыслями и достигают взаимного осознания. Будучи конкретно связан с мышлением, язык регистрирует и закрепляет в словах и в соединении слов в предложениях результаты работы мышления, успехи познавательной работы человека и, таковым образом, делает вероятным обмен мыслями в людском обществе.

Обмен мыслями является неизменной и жизненной необходимостью, так как без него нереально сделать совместные деяния людей в борьбе с силами природы, в борьбе за создание нужных материальных благ, нереально достигнуть фурроров в производственной деятельности общества, следовательно, нереально само существование публичного производства. Следовательно, без языка, понятного для общества и общего для его членов, общество прекращает создание, распадается и перестает существовать как общество.

В этом смысле язык, будучи орудием общения, является вкупе с тем орудием борьбы и развития общества. Как понятно, все слова, имеющиеся в языке, составляют совместно так именуемый словарный состав языка. Основное в словарном составе языка — основной словарный фонд, куда входят и все корневые слова как его ядро. Он еще наименее широк, чем словарный состав языка, но он живет чрезвычайно долго, в продолжение веков и дает языку базу для образования новейших слов.

Словарный состав отражает картину состояния языка: чем богаче и разностороннее словарный состав, тем богаче и развитее язык. Но словарный состав, взятый сам по для себя, не составляет еще языка, — он быстрее всего является строительным материалом для языка. Подобно тому, как строй материалы в строительном деле не составляют строения, хотя без их и нереально выстроить здание, так же и словарный состав языка не составляет самого языка, хотя без него и немыслим никакой язык.

Но словарный состав языка получает величайшее значение, когда он поступает в распоряжение грамматики языка, которая описывает правила конфигурации слова, правила соединения слов в предложения и, таковым образом, придает языку стройный, осмысленный нрав. Грамматика морфология, синтаксис является собранием правил о изменении слов и сочетании слов в предложении.

Следовательно, конкретно благодаря грамматике язык получает возможность облечь людские мысли в материальную языковую оболочку. Отличительная черта грамматики состоит в том, что она дает правила о изменении слов, имея в виду не определенные слова, а вообщем слова без какой-нибудь конкретности, она дает правила для составления предложений, имея в виду не какие-либо определенные предложения, скажем, конкретное подлежащее, конкретное сказуемое и т. Следовательно, абстрагируясь от личного и определенного как в словах, так и в предложениях, грамматика берет то общее, что лежит в базе конфигураций слов и сочетании слов в предложениях, и строит из него грамматические правила, грамматические законы.

Грамматика есть итог долговременной абстрагирующей работы людского мышления, показатель громадных фурроров мышления. В этом отношении грамматика припоминает геометрию, которая дает свои законы, абстрагируясь от определенных предметов, рассматривая предметы как тела, лишенные конкретности, и определяя дела меж ними не как определенные дела таких- то определенных предметов, а как дела тел вообщем, лишенные всякой конкретности.

В отличие от надстройки, которая связана с созданием не прямо, а через посредство экономики, язык конкретно связан с производственной деятельностью человека так же, как и со всякой другой деятельностью во всех без исключения сферах его работы. Потому словарный состав языка как более чувствительный к изменениям находится в состоянии практически непрерывного конфигурации, при этом языку в отличие от надстройки не приходится дожидаться ликвидации базиса, он вносит конфигурации в собственный словарный состав до ликвидации базиса и безотносительно к состоянию базиса.

Но словарный состав языка меняется не как надстройка, не методом отмены старенького и постройки новейшего, а методом пополнения имеющегося словаря новенькими словами, появившимися в связи с переменами общественного строя, с развитием производства, с развитием культуры, науки и т. При этом, невзирая на то, что из словарного состава языка выпадает традиционно некое количество устаревших слов, к нему прибавляется еще большее количество новейших слов. Что же касается основного словарного фонда, то он сохраняется во всем основном и употребляется как база словарного состава языка.

Это и понятно. Нет никакой необходимости уничтожать основной словарный фонд, ежели он может быть с фуррором применен в течение ряда исторических периодов, не говоря уже о том, что ликвидирование основного словарного фонда, скопленного в течение веков, при невозможности сделать новейший основной словарный фонд в течение недлинного срока привело бы к параличу языка, к полному расстройству дела общения людей меж собой. Грамматический строй языка меняется еще наиболее медлительно, чем его основной словарный фонд.

Выработанный в течение эпох и вошедший в плоть и кровь языка, грамматический строй меняется еще медлительнее, чем основной словарный фонд. Он, естественно, претерпевает с течением времени конфигурации, он совершенствуется, улучшает и уточняет свои правила, обогащается новенькими правилами, но базы грамматического строя сохраняются в течение чрезвычайно долгого времени, так как они, как указывает история, могут с фуррором обслуживать общество в течение ряда эпох. Таковым образом, грамматический строй языка и его основной словарный фонд составляют базу языка, суть его специфичности.

История отмечает огромную устойчивость и колоссальную сопротивляемость языка насильственной ассимиляции. Некие историки заместо того, чтоб разъяснить это явление, ограничиваются удивлением. Но для удивления нет тут каких-то оснований.

Устойчивость языка разъясняется устойчивостью его грамматического строя и основного словарного фонда. Сотки лет турецкие ассимиляторы старались искалечить, повредить и убить языки балканских народов. Поэтому, что грамматический строй и основной словарный фонд этих языков в основном сохранились.

Из всего этого следует, что язык, его структуру нельзя разглядывать как продукт одной какой-нибудь эры. Структура языка, его грамматический строй и основной словарный фонд есть продукта ряда эпох. Нужно считать, что элементы современного языка были заложены еще в глубочайшей древности, до эры рабства.

Это был язык легкий, е чрезвычайно скудным словарным фондом, но со своим грамматическим строем, правда, простым, но все же грамматическим строем. Предстоящее развитие производства, возникновение классов, возникновение письменности, зарождение страны, нуждающегося для управления в наиболее либо наименее упорядоченной переписке, развитие торговли, еще наиболее нуждавшейся в упорядоченной переписке, возникновение печатного станка, развитие литературы — все это внесло огромные конфигурации в развитие языка.

За это время племена и народности дробились и расползались, смешивались и скрещивались, а в предстоящем возникли национальные языки и страны, произошли революционные перевороты, сменились старенькые публичные строи новенькими. Все это внесло еще больше конфигураций в язык и его развитие.

Но было бы глубоко неверно мыслить, что развитие языка происходило так же, как развитие надстройки: методом ликвидирования имеющегося и построения новейшего. На самом деле развитие языка происходило не методом ликвидирования имеющегося языка и построения новейшего, а методом развертывания и совершенствования главных частей имеющегося языка. При этом переход от 1-го свойства языка к другому качеству происходил не методом взрыва, не методом разового ликвидирования старенького и построения новейшего, а методом постепенного и долгого скопления частей новейшего свойства, новейшей структуры языка, методом постепенного отмирания частей старенького свойства.

Молвят, что теория стадиального развития языка является марксистской теорией, так как она признает необходимость внезапных взрывов как условия перехода языка от старенького свойства к новенькому. Слайд 6. Слайд 7. Bronzino , Introduction to Biomedical Engineering,Connecticut, Слайд 8. Слайд 9. Слайд Текст слайда: 2. CPA Healthcare Conference, Текст слайда: [3] Yadin David et al. Текст слайда: 3. Текст слайда: 4. Скачать презентацию. Похожие презентации Заседание клуба "Товарищ" Агашина Маргарита Константиновна Растяжение и сжатие Подготовка к самостоятельной работе Ух ты пух-ты!

Наши братья чрезвычайно беспокоятся и ожидают II Интернациональная конференция научных работ школьников СамАстро — Обратная связь Ежели не удалось отыскать и скачать доклад-презентацию, Вы сможете заказать его на нашем веб-сайте. Не стесняйтесь обращаться к нам, ежели у вас появились вопросцы либо пожелания: Email: Нажмите что бы поглядеть. Что такое TheSlide.

Danh sach bch dang bo tphcm в каком банке выгодный обмен валюты danh sach bch dang bo tphcm

ПРОГА ДЛЯ МАЙНИНГА LITECOIN

Danh sach bch dang bo tphcm отражена курсовая разница при обмене валюты проводка

Danh sách Bộ Chính trị, Ban Bí thư khóa XIII - VTC Now

Извиняюсь, но, пээр меня

Вашем месте btc blockchain torrent есть то

BEST WAY TO BUY AND HOLD BITCOIN

Danh sach bch dang bo tphcm buy bitcoin exchange website

Danh sách Ban Chấp hành Đảng bộ tỉnh Đồng Tháp khoá XI, nhiệm kỳ 2020 - 2025 - THDT

Следующая статья asic для майнинга usb

Другие материалы по теме

  • Обмен биткоин в банках новосибирска сегодня
  • Обмен валют москва тенге
  • Вэйвс биржа
  • Лучшие асик майнеры 2022
  • Как заработать много биткоинов без вложений
  • Комментариев: 0 на “Danh sach bch dang bo tphcm

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *